Конец похода. Создание латинской империи

Латинская Империя и её правители

Крестоносцы, поделив между собою достояние Византии, не подумали о том, что разорение побежденных ведет за собою разорение победителей, и что они не замедлят обеднеть так же, как и греки, которых они ограбили. Ни о чем не жалея и ничего не предусматривая, рассчитывая только на свой меч, они занялись теперь избранием правителя над утратившим все народом и разоренным городом.

Коронование нового императора, им стал Балдуин, граф Фландрский и Геннегаутский, происходило со всей торжественностью греческих обрядов. Во время божественной службы Балдуин восседал на золотом троне, он принял присягу из рук папского легата, который совершал службу вместо патриарха. Глава духовенства, став перед алтарем, произнес по-гречески: “Он достоин царствовать”, – и все присутствующие повторили хором: “Он этого достоин, он этого достоин!”

Высшие должности при императорском дворе были распределены между баронами и знатнейшими владетелями: дож Венецианский назначен был деспотом, или Римским князем, с привилегией носить пурпуровые сапоги, Виллегардуэнь получил титул маршала Романийского, граф де Сен-Поль – великого коннетабля, Конон Бетюнский был наименован протовестиарием, Макарий Сен-Менегудский – великим или главным кравчим, Миль Брабантский – главным виночерпием, Манассия Лилльский – главным гофмаршалом и т.д.

Раздел бывших византийских владений

На совете, состоявшем из 12-ти венецианских патрициев и 12-ти французских рыцарей, было решено разделить все завоеванные земли между обоими народами.

Вифиния, Романия или Фракия, Фессалоника, вся древняя Греция, от Фермопил до мыса Сунион, самые большие из островов архипелага: Хиос, Лесбос, Родос и Кипр – достались французам. Венецианцы получили многие острова из тех, которые называются Спорадскими и Кикладскими, острова вдоль восточного берега Адриатического моря, Пропонтиду и Геллеспонт с их гаванями и станциями. Острова Кианейские и устье Понта Эвксинского, города: Кипсед, Дидимотику, Адрианополь, прибрежные местности Фессалии и проч.

Таков был первоначальный раздел провинций и владений империи, доставшихся крестоносцам по взятии ими Константинополя. Земли, расположенные по ту сторону Босфора, были превращены в королевство и вместе с островом Кандией предоставлены маркизу Монферратскому. Бонифаций обменял их на провинцию Фессалоникскую, или древнюю Македонию, и продал остров Кандию Венецианской республике за 30 фунтов золотой монеты.

Азиатские провинции достались графу Блуаскому, который принял титул герцога Никейского и Вифинийского. Если основываться на показаниях Никиты, то крестоносцы разделили между собою города, которых не существовало, провинции, которые уже с давнего времени не принадлежали империи; греческие историки сообщают, что Мидию, Парфию и королевства, бывшие под властью турок и сарацин, разделили по жребию.

Константинополь в продолжение нескольких дней был рынком, на котором шел торг о море и об островах, о Востоке и народах, обитающих там. Латинское духовенство также не упустило случая воспользоваться своей долею при дележе остатков Греции, вожди Крестового похода порешили между собой, что если император Константинопольский избран из французов, то патриарх должен быть избран из венецианцев. По этому соглашению, сделанному еще до победы, на кафедру св. Софии был возведен венецианский священник Томмазо Морозини, который после того был утвержден папою.



Во все церкви, отнятые у побежденных, поставлены были священники, избранные из обоих народов, и доходы со всех константинопольских церквей были разделены между ними. В то же время и в другие покоренные города послали латинских епископов и священников, которые и овладели всеми церковными должностями и имуществом греческого духовенства.

Но важные победы крестоносцев и смиренная покорность вождей не вполне обезоружили гнев Иннокентия. Однако же глава верующих не дерзал углубляться в рассуждения о делах Божиих, ему свойственно было думать, что греки оказались справедливо наказанными за их заблуждения, и что Провидение вознаградило крестоносцев как орудие своего правосудия. Папа лишь напоминал крестоносцам об их обещаниях помочь Святой земле, которые они так часто повторяли.

Иннокентий одобрил избрание Балдуина, принявшего при этом титул рыцаря святого престола, и, не колеблясь, признал империю, которую победа подчинила его духовной власти, он написал епископам французским, что Господу угодно было утешить церковь обращением в ее лоно еретиков. В то же время от имени императора Балдуина папа приглашал французов всех сословий отправляться в Грецию, завоеванную оружием Креста.

Индульгенции Крестового похода были обращены к тем, кто присоединится к победителям Византии, чтобы защищать и содействовать процветанию новой Восточной империи.

Нигде покорение Византии не произвело такой радости, как в Святой земле. Защитники и жители христианских городов за морем, на долю которых выпали только бедствия войны, пожелали разделить счастье и славу французов и венецианцев.

Папский легат Петр Капуанский, посланный в Сирию Иннокентием, покинул Палестину и приехал в Грецию, где присутствием своим оживлял ревность латинского духовенства к обращению греков. и также прибыли в Грецию, которая сделалась настоящей обетованной землею, король Иерусалимский остался почти одиноким в Птолемаиде.

Двадцатитысячной армии крестоносцев хватило, чтобы сокрушить стены Византии, но как ни грозна была эта армия, все же ее одной оказалось недостаточно, чтобы занять и охранять все города и провинции, доставшиеся в их руки после однодневной победы.

Византийцы побеждены, но не уничтожены

Народы Греции были побеждены, но не подчинены. В том расстройстве, в котором находилась побежденная империя, все греки, у которых только имелось оружие, пожелали устроить свое княжество или королевство. Повсюду из развалин восставали новые государства или империи и уже угрожали тому, которое было основано недавно крестоносцами.

Внук Андроника основал княжество Трапезундское в одной из греческих провинций, в Малой Азии, Лев Сегур, владетель Наполиди-Романии, царствовал или, вернее, распространял ужас в Арголиде и Коринфском перешейке. Михаил Ангел Комнин, действуя посредством измены, восстановлял королевство Эпирское и удерживал под своей властью дикий и воинственный народ.

Феодор Ласкарис, который, подобно Энею, убежал из своего отечества, преданного пламени, собирал отряды в Вифинии и провозгласил себя императором Никейским, откуда со временем семейству его суждено было с торжеством возвратиться в Константинополь.

Если бы оба императора, свергнутые с престола, имели сколько-нибудь умения и мужества, если бы они соединились в своем несчастии, то могли бы сохранить что-нибудь из остатков своего собственного достояния и снова укрепиться.

Но… Провидению, для их наказания, достаточно было только свести их. Алексей III, осыпав ласкамиМурзуфла, привлек его к себе в дом и велел выколоть ему глаза. Мурзуфл, покинутый всеми своими сторонниками, попался в руки крестоносцев, которые отправили его в Константинополь и сбросили с вершины колонны Феодосия.

Алексей III, в свою очередь, покинутый всеми приближенными, долго скитался в Азии и в Европе и история совершенно потеряла его из вида и не может даже сообщить, каков был его конец.


Источник – Компиляция на основе книги Жозефа Мишо, “История крестовых походов”, и других материалов находящихся в свободном доступе 
Выложил – Мэлфис К.


Подписаться
Уведомить о
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
 
 
Также вас может заинтересовать:

Интересное

Древний Рим. Прически, украшения, косметика
Кафтан или “бронехалат”

Наверх