Крестовый поход против катаров (Альбигойский крестовый поход)

По ряду причин даже некоторым феодалам Франции импонировала катарская вера. Часть из них была настроена антиклерикально вследствие коррумпированности католических иерархов, других привлекала веротерпимость катаров.
Все они хотели положить конец церковной десятине, так как довольно значительная доля их доходов оседала в папской казне. Поэтому многие дворяне припиренейской округи, старея, становились “совершенными”. Не менее одной трети “parfaits” перед началом альбигойских войн состояло из дворян Лангедока.

Ересь перекинулась и на другие части Европы, в особенности на крупные города Германии, Фландрии и Шампани. Рим был весьма обеспокоен таким развитием событий в Лангедоке.
Мимо внимания понтифика не прошел, тот факт, что северофранцузские и немецкие дворяне с откровенным вожделением взирали на богатые лангедокские города и деревни.

Первая попытка мобилизовать их на искоренение ереси путем массового истребления вероотступников была предпринята папой Александром III на III Латеранском соборе в 1179 г.
Кроме обычных уже в таких случаях анафем в адрес вероотступников, собор впервые объявил крестовый поход против них. Собор обещал отпущение грехов на два года всем участникам дохода и “вечное спасение” тем, кто погибнет в борьбе с еретиками. Так же, как и крестоносцы в Палестине, участники этого похода прикрепляли к плащам красные кресты.

Северофранцузским и немецким “рыцарям церкви” не надо было перебираться за моря, но плата же была та же: прощение всех грехов, гарантия места на небе и вся добыча, полученная в войне.
Руководство этим походом было поручено аббату Генриху Клервоскому, возведенному по этому случаю в кардинальское звание. Этот первый поход против альбигойцев привлек сравнительно небольшое число участников. Опустошив несколько областей Лангедока, воинство Генриха разъехалось по домам, а он сам вернулся в Рим участвовать, вследствие смерти Александра III, в избрании нового папы.

Иннокентий III, став папой, развил кипучую деятельность, цель которой была превратить папский престол в вершителя судеб всего христианского мира.
Он направляет во Францию своих эмиссаров, среди которых цистерцианские монахи Петр Кастельно и Арнольд Амальрик и августинский монах Доминик де Гусман, будущий основатель ордена доминиканцев.

Папские легаты обещали сеньорам и французскому королю за участие в репрессиях против еретиков имущество последних и прощение всех грехов. Преданные папскому престолу монахи, противопоставляя аскетизму “совершенных” еще более суровый аскетизм, босые и в лохмотьях бродили по Лангедоку, призывая население к расправе над еретиками.

О катарах, которые почитали за смертный грех убийство не только человека, но и животного (за исключением змеи), станут говорить, как о кровожадных разбойниках.

Проповедовавших суровый аскетизм и половое воздержание “совершенных” обвинят в разнузданном разврате и всяческих гнусностях. Но главное, что поставит им в вину инквизиция, направляемая мрачными фанатиками вроде Конрада Марбургского или Роберта Болгарина, будет, конечно, служение дьяволу.
В дело пойдет полный набор мерзостей: совокупление с демонами и оргии в альбигойских церквах, каннибальство и осквернение святынь, кровь и зажаренные младенцы – словом, все то, что не раз встретится в следственных протоколах и приговорах, освященных именем божьим.

И странное дело – клевета окажется поразительно живучей. Измышлениям изуверов и палачей суждено передаваться из поколения в поколение, переходить от святош к погромщикам, скрепляя страшной печатью чистейший миф.
Однако пока их усилия не приносили результатов. Светские власти Лангедока им явно препятствовали.



В 1194 г. правителем графства тулузского, расположенного на территории Лангедока, стал Раймонд VI, относившийся с большой симпатией к катарам и оказывавший им покровительство.

Не располагая поддержкой светских властей, местная католическая иерархия была не в состоянии успешно бороться с катарами. Папские легаты приходили в отчаяние.
Кастельно отлучил графа Раймонда от церкви за нежелание сотрудничать в преследовании еретиков. В ответ один из приближенных Раймонда убил папского легата.

Это случилось 15 января 1208 г., а уже 10 марта Иннокентий III обратился с поджигательским посланием к верующим христианского мира, призывая к мщению, к крестовому походу против графа Раймонда и его подданных:
“Истребляйте нечестие всеми средствами, которые откроет вам Бог!.. Бейтесь бодро с распространителями ереси; поступайте с ними хуже, чем с сарацинами…”.

На этот раз Иннокентию III удалось собрать в Северной Франции армию во главе с Симоном де Монфором.
Эта армия в огромном своем большинстве состояла из бандитов, заслуживавших виселицы, или из фанатичных христиан, которые видели в крестовом походе против еретиков отличный случай потрудиться во славу церкви и для спасения души.

Не решаясь на войну с Монфором или рассчитывая обмануть его, Раймонд проявил раскаяние: по требованию папского легата он сдал без боя крестоносцам семь важнейших крепостей и обещал выполнять все требования Иннокентия III.
Его заставили явиться в Сен-Жиль, город, где был убит Кастельно, и предстать обнаженным до пояса перед папским легатом, который встретил его в окружении епископов и при большом стечении народа на паперти местного собора.
Легат петлей надел на шею Раймонда епитрахиль и ввел его как бы на поводу в собор, в то время как присутствовавшие били прутьями по плечам и спине кающегося вельможу.
У алтаря ему дали прощение, вслед за этим заставили спуститься в склеп и поклониться гробнице Петра де Кастельно, душа которого, как утверждали церковники, “возликовала”, узрев такое унижение своего заклятого врага.

Теперь сопротивление крестоносцам в Лангедоке возглавил племянник графа Раймонда – Роже. Против него двинулось из Лиона огромное по тем временам войско крестоносцев в 50 тысяч копий.

Сея по дороге смерть и не встречая решительного сопротивления со стороны катаров, ведь им было запрещено убивать, крестоносцы захватили один из их укрепленных пунктов – г.Безье.
Всех жителей согнали на площадь перед церковью святого Назария. Когда крестоносцы спросили аббата Арнольда Амальрика, как отличать еретиков от правоверных католиков, тот ответил:“убивайте всех. Бог признает своих!”.
После такого “инструктажа” крестоносцы вырезали всех его 20 тыс. жителей и сожгли город. В письме папе Иннокентию III Арнольд с гордостью писал, что в расчет не принимались “ни возраст, ни пол, ни занимаемое положение”.
Симон де Монфор проявлял к своим жертвам не меньшее “милосердие”. Он не щадил даже тех, кто выражал желание вернуться в католицизм.

Вслед за Безье настал черед Каркассона, где Роже сосредоточил свои главные силы. Крестоносцы осадили город, в котором укрылись тысячи людей из окрестных селений.
Каркассон был хорошо укреплен. Крестоносцы решили действовать хитростью. Они предложили Роже начать переговоры о мире, а когда он явился в их лагерь, предательски схватили его и вскоре объявили, что он “умер от дизентерии”.
Оставшись без вождя, осажденные приняли условия крестоносцев: покинуть город – мужчины в штанах, женщины в рубашках.

Посовещавшись, предводители крестового похода пришли к мнению, что не следует разрушать Каркассон, поскольку им нужна была надежная крепость, чтобы в дальнейшем удержать страну.
Поэтому в Каркассоне 15 августа 1209 г. не было ни резни, ни грабежей: крестоносцы вступили в стены опустевшего города.

Вскоре после падения Каркассона среди крестоносцев начались раздоры на почве дележа награбленного. Часть из них покинула Лангедок, вернувшись восвояси.
Чтобы удержать в Лангедоке Монфора, Иннокентий обещал наделить его частью владений графа Тулузского и приказал церковникам передавать ему конфискованные у еретиков ценности.
Не довольствуясь этими подачками, Монфор, под видом искоренения ереси, продолжал грабить города и селения Лангедока.

Между тем Раймонд укрепился в Тулузе, откуда вел сложную игру с Иннокентием III.
Последний настаивал, чтобы граф самолично искоренял ересь, угрожая в противном случае лишить его всех владений и самого привлечь к суду как еретика. Раймонд обещал, но рвения в преследовании еретиков по-прежнему не проявлял.
По приказу папы Монфор попытался было взять Тулузу, но потерпел поражение. Раймонду удалось заручиться поддержкой короля Петра Арагонского, которому было выгодно сохранение тулузского графства в качестве буфера между его владениями и владениями французского короля.
Последний в свою очередь не сидел сложа руки, активно помогая Монфору, которому удалось в конце концов нанести поражение Раймонду и вынудить его бежать в Англию. Петр Арагонский погиб в одном из сражений.

Иннокентий III созвал в 1215г. для обсуждения церковных дел XII (IV Латеранский) вселенский собор.
Тайно явились на собор граф Тулузский и его сын Раймонд Младший, надеясь вымолить у Иннокентия III и соборных отцов прощение и возвратить себе хоть часть своих владений.
Хотя старый граф и его 18-летний сын исповедовались во всех своих возможных прегрешениях и клялись, что не будут щадить еретиков, собор окончательно лишил Раймонда его владений, обещав частично их вернуть сыну, если он “будет того достоин”.
Папский престол уже не нуждался в их услугах, кроме того, землями Лангедока прочно завладели граф Монфор и его приближенные, которые, конечно, и не помышляли возвращать их своим недавним противникам.

Графам Тулузским не оставалось другого выхода, как продолжать борьбу. С Латеранского собора они направились в свои бывшие владения, где вновь подняли знамя восстания.
Местное население, изнывавшее от грабежей и расправ крестоносцев, с энтузиазмом поддержало своих прежних правителей. Война Раймондов с Монфором разгорелась с новой силой.
Тем временем умер Иннокентий III, его место занял папа Гонорий III, продолжавший политику своего предшественника. Хотя в ответ на призывы нового папы на подмогу к Монфору стекались банды охочих до грабежа рыцарей со всей Европы, Раймонды, опиравшиеся на народную поддержку, в течение нескольких лет удерживали Тулузу.

В 1218 г. при осаде этого города Монфор был убит, а его брат и старший сын серьезно ранены. Война продолжалась с переменным успехом еще несколько лет.
В 1222 г. умер Раймонд VI. Церковники отказались его хоронить. Теперь войну продолжали Раймонд VII и сын Монфора – Амори. В 1227 г. Амори призвал на помощь войска французского короля Людовика IX, обещав ему отдать свои владения.
Соответствующее соглашение было подписано в том же году в г.Мо. Вмешательство Людовика IX вынудило Раймонда VII капитулировать.

Мир был куплен дорогой ценой. По Парижскому трактату 1229 г. дочь Раймонда VII, провозглашенная наследницей его владений, была выдана замуж за брата короля Людовика IX.
В результате этой сделки владения Раймонда VII после его смерти перешли к французской короне.


Источник – Нет сведений 
Выложил – Мэлфис К.


Подписаться
Уведомить о
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
 
 
Также вас может заинтересовать:

Интересное

Кафтан или “бронехалат”
8 занимательных фактов о Ганнибале Барка
8 занимательных фактов о Ганнибале Барка

Наверх