Сайт рекомендован для аудитории 16+

Битва за Птолемаиду



Саладин под стенами Тира

В то время, как в Европе слышались призывы к Крестовому походу против Саладина, завоевателяТивериады и Иерусалима, войска султана продолжали свое вторжение в земли христиан. Только в одном месте Саладину было оказано упорное сопротивление, только одна крепость продолжала держаться под напором армий Востока.

Жители Тира поклялись скорее умереть, чем подчиниться мусульманской власти, и эту решимость возбудил в них Конрад, сын маркиза Монферратского, прибывший в город в то время, когда истомленные жители помышляли уже о капитуляции Саладину.

Конрад принял на себя командование обороной, восстановил укрепления, и под его руководством жители поняли, как следовало вести борьбу с сухопутными и морскими силами сарацин.
Отец Конрада, взятый в плен во время Тивериадской битвы, томился в заключении в Дамаске. Саладин решил использовать его, дабы принудить Конрада к капитуляции, и кроме того, пообещал маркизу богатые владения в Сирии.

Конрад же отвечал, что считает презренными дары неверных, и что жизнь отца для него менее дорога, чем успех христианского дела, и что если варварство сарацин дойдет до того, что они погубят старца, то он вменит себе в славу быть сыном мученика.

Саладин возобновил осаду. У подножия укреплений каждый день случались новые битвы. Город не сдавался и Саладин, бросив осаду, отправился осаждать Триполи, который также принудил его отступить.

Ги Люсиньян осаждает Птолемаиду

Ги Люсиньян, получив свободу, задумал возвратить себе престол, который был однажды предоставлен ему судьбой. Он явился в Тир, но здесь не захотели признать его королем, и тогда он предпринял осаду Птолемаиды во главе 9000 человек, которых ему удалось собрать под свои знамена.

Город Птолемаида, или Сен-Жан-д’Акра, выстроенный на берегу моря, на окраине большой равнины, был окружен с этой стороны высокими стенами, глубокими рвами и грозными башнями. Каменная плотина ограждала гавань и заканчивалась фортом, выстроенным на уединенном утесе, возвышавшемся среди волн. Осада Птолемаиды, длившаяся два года, началась в конце августа 1189 г.

Флот, состоявший из пизанцев, заграждал все входы в крепость со стороны моря. Немногочисленное войско короля Ги разместилось в палатках по скату холма Туронского, одного из холмов, пересекающих равнину по соседству с Птолемаидой. Спустя три дня после своего прибытия христиане совершили энергичное нападение на город.



По словам летописца, это первое нападение открыло бы вход в крепость, если бы весть о приближении Саладина не распространила панический страх среди осаждающих.

Между тем, сюда прибыли 12.000 фризских и датских воинов и отряд англичан и фламандцев под начальством архиепископа Кентерберийского и Иакова Авенского. Эти части подкрепили силы небольшого войска Ги Люсиньяна.

Саладин, между тем, действительно приближался и вскоре встал лагерем на Кизанском холме. После нескольких сражений, которые не смогли поколебать христиан, султан пожелал дать генеральное сражение и назначил его на пятницу — день, который у всех народов, исповедующих магометанскую веру, посвящается молитве.

Он выбрал данный день и час, чтобы возбудить фанатизм и усиленное рвение мусульманской армии. Во время этого сражения Саладин вытеснил христиан со всех позиций, которые они занимали по берегу моря, и пробился за стены крепости. Здесь он оставил самых надежных воинов и возвратился на Кизанский холм.

Ежедневно приходили сюда новые христианские отряды из западных стран. С прибытием подкреплений из Италии, Франции, Германии и Англии лагерь все более и более увеличивался. Глубокие рвы и земляные окопы окружали его и придавали ему вид крепости.

Больше 100.000 воинов собралось уже перед Акрой, между тем как могущественные монархи, руководившие Крестовым походом, занимались еще только приготовлениями к отъезду.
Уже 40 дней христиане осаждали Птолемаиду, и беспрерывно происходили схватки то с гарнизоном, то с отрядами Саладина.

Победы и поражения крестоносцев

4 октября 1189 года, христианская армия спустилась с холма и расположилась на равнине в боевом порядке. На многих прелатах были шлемы и доспехи. Король Ги, впереди которого четыре рыцаря несли Евангелие, командовал ополчением святой земли и отрядами ордена госпитальеров.

Конрад, прибывший из Тира, чтобы разделять труды христиан, предводительствовал венецианскими, ломбардскими и тирскими воинами. Ландграф Тюрингский шел во главе германцев, пизанцев и англичан, составлявших центр армии. Великий магистр храмовников со своими рыцарями, герцог Гвельдрский со своими ратниками составляли резервный корпус. Охранение лагеря было поручено Готфриду Люсиньянскому и Иакову Авенскому.

При первом столкновении левый фланг мусульманской армии отступил в беспорядке. Лагерь Саладина был взят. Множество сарацин под влиянием страха обратились в бегство по направлению к Тивериаде.
Овладев лагерем, христиане бросились грабить палатки, и тут конечно всякий порядок был нарушен.

Сарацины, заметив, что их больше не преследуют, соединились по призыву Саладина, и сражение возобновилось. Изумление и ужас овладели толпой христиан и через минуту, армия уже не повиновалась своим вождям и бежала сломя голову. Одни только рыцари-храмовники сопротивляются сарацинам, и погибают почти все. В этот день на акрской равнине находилось более 200.000 сражающихся.

С наступлением зимы, Саладин удалился в Саронские горы, что же касается крестоносцев, то, оставшись на равнине одни, они растянули линии своих войск по всей цепи холмов, окружающих Птолемаиду. Христиане вырыли рвы по скату холмов, на вершинах которых они расположились и обнесли свои участки высокими стенами. Их лагерь был так сильно укреплен, что даже, как выражается арабский историк, «и птицы с трудом могли бы туда проникнуть».

Зимние потоки разлились по равнине. Крестоносцам нечего было опасаться теперь внезапных нападений армии Саладина, и они деятельно продолжали осаду Птолемаиды — гарнизон крепости уже не мог долго поддерживать защиту без помощи извне.
С наступлением весны несколько мусульманских князей из Сирии и Месопотамии присоединились к армии Саладина, который на виду у христиан перешел через равнину, с распущенными знаменами и при звуках труб и литавр.

Тогда начались новые битвы. Осаждающую армию тревожили беспрерывные нападения неприятеля. Под знаменами обоих вероисповеданий одновременно шла борьба на море и на суше. Между европейскими и мусульманскими судами, нагруженными оружием и продовольствием, происходили ожесточенные схватки в Птолемаидской гавани. От победы или поражения зависели поочередно изобилие или голод в городе или в христианском лагере.

С другой стороны, берега реки Вила и Туронский, Магамерийский и Кизанский холмы всякий день оглашались громом оружия и шумом битв. Колесница, на которой возвышалась башня, увенчанная крестом и белым флагом, указывала место сбора христиан и предшествовала им в битве.

В армии христиан оказывалось, однако же, более храбрости, чем дисциплины. Жажда военной добычи увлекала их за пределы строя, и командование, не пользовавшиеся достаточным авторитетом, не было в состоянии удержать их. Саладин, более уважаемый своими подчиненными, часто использовал беспорядки и неурядицы, бывшие у крестоносцев, чтобы с выгодой нападать на них и вырывать из их рук победу.

Между тем, на Востоке распространились слухи о скором прибытии армии германского императора. Встревоженный Саладин выслал отряды навстречу такому опасному врагу, несколько мусульманских князей покинули лагерь в Акре, чтобы идти на защиту своих владений, угрожаемых со стороны новых пилигримов с Запада.

Крестоносцы, опасаясь, чтобы германцы не подоспели разделить с ними честь победы над Птолемаидой, понуждали своих вождей подать сигнал к битве, тем более, что ослабление Саладинова лагеря казалось им благоприятной минутой для нанесения решительного удара. Князья и духовенство старались обуздать их неблагоразумное рвение — напрасные старания!

В день праздника св. Иакова открываются все выходы из лагеря, и толпы христиан быстро наводняют равнину и пробиваются в лагерь Саладина. Пораженные ужасом, мусульмане отступают сначала перед этим бурным нападением, но между тем как христиане увлекаются жаждой грабежа, мусульмане соединяются и настигают внезапно победителей, занятых разграблением палатки Аль-Адила, брата Саладина.
Меч мусульман явился искуплением корысти христиан.

«Враги Господа, дерзнули войти в лагерь львов ислама, но они подверглись ужасным последствиям божественного гнева: они пали под ударами мусульманских мечей, как листья падают осенью под ударами бури».

«Девять рядов мертвецов, — говорит другой арабский писатель, — покрывали равнину, лежащую между холмами и морем; в каждом ряду было по тысяче воинов».

Так пишут о избиении христиан арабские источники и почти наверняка они очень близки к истине.
Бедствия этого дня довершила вылазка птолемаидского гарнизона — палатки христиан оказались разграблены, множество женщин и детей уведены в неволю мусульманами.
Горе христианской армии перешло в мрачное отчаяние, когда до них дошла весть о смерти Фридриха Барбароссы и о бедствиях, вынесенных германской армией. Вожди пилигримов только и думали теперь о возвращении в Европу, но вдруг в гавани Птолемаидской показался флот.
Надежды крестоносцев оживились при виде огромного количества высаживающихся на берег французов, англичан и итальянцев под предводительством Генриха, графа Шампаньского.

Саладин, устрашенный прибытием этого подкрепления из Европы, снова ушел на Саронские горы. Городу пришлось подвергнуться новым нападениям. Тараны колоссальной величины, две громадные башни, сооружение которых стоило графу Шампаньскому 1500 червонцев, угрожали стенам крепости.

Несколько раз уже крестоносцы ходили на приступ и почти готовы были водрузить на стенах крепости свои победоносные знамена, но и осаждаемые, защищались стойко, сожгли боевые машины христиан и, в свою очередь, произвели несколько чувствительных вылазок, оттеснив крестоносцев до самого лагеря.

Между тем, было понятно – пока не удастся заблокировать город с моря, атаки на него успехом не увенчаются. Крестоносцы, чтобы воспрепятствовать сообщениям крепости с морем, решились овладеть Мушиной башней, господствовавшей над Птолемаидским портом. Но операция против этого укрепления, под начальством герцога Австрийского, с треском провалилась. В гавань была пущена подожженная барка, наполненная горючими веществами, чтобы поджечь мусульманские суда, но внезапно переменившийся ветер направил пылающую барку к деревянной башне, поставленной на корабле герцога Австрийского, который старался овладеть Мушиной башней, и поджег её.

В христианской армии начал усиливаться голод. Конные воины, побуждаемые им, убивали своих лошадей, внутренности лошади или вьючного скота продавались за 10 золотых су. Владетельные князья и бароны, привыкшие к роскошной жизни, с жадностью разыскивали растения и коренья, чтобы утолить ими свой голод. Доведенные до отчаяния, многие христианские воины перешли под знамя ислама.

В скором времени появились заразные болезни от трупов, разбросанных по равнине. Чума поражала всех подряд – не разбирая чинов и званий. В довершение бедствий возникли распри из-за наследования оставшегося вакантным иерусалимского престола.

Борьба Конрада Монфератского и Ги Люсиньяна

Сибилла, жена Ги Люсиньяна, и двое ее детей умерли, Изабелла, вторая дочь Амальрика и сестра королевы Сибиллы, осталась наследницей иерусалимской короны. Ги Люсиньян предъявлял на нее свои права, но этот принц, не умевший защитить Иерусалима, не имел многочисленных приверженцев.

Конрад, маркиз Тирский, также питал честолюбивые замыслы царствовать над Палестиной.
Женатый на сестре Исаака II Ангела, императора Византии, он задумал жениться на Изабелле, бывшей уже замужем за Гумфридом Торонским.

Лесть, дары, обещания — все было пущено в ход со стороны маркиза Тирского, и наконец, духовный совет решил развод принцессы Изабеллы с Гумфридом Торонским, и наследница королевства сделалась супругой Конрада, у которого, таким образом, оказалось две жены, одна — в Сирии, другая — в Константинополе.

Подобный скандал не мог содействовать успокоению враждующих сторон. В конце концов решено было отдать это дело на суд Ричарда и Филиппа, прибытия которых ожидали в скором времени.


Источник — Компиляция на основе книги Жозефа Мишо, «История крестовых походов», и других материалов находящихся в свободном доступе 
Выложил — Мэлфис К.