Сайт рекомендован для аудитории 16+

Сирия в II-I тысячелетии до нашей эры



Где находится историческая область Сирия

Большую часть Сирии занимает полупустынная степь, которая имеет на западе, на севере и северо-востоке узкие полосы плодородной земли. Именно на этих участках с незапамятных времен и шла оседлая жизнь земледельческих племен. На западе расположена достаточно плодородная долина реки Оронта (современное название — аль-Аси), которая течет с юга на север между горами Ливана и Антиливана, поворачивая затем на запад и впадая в Средиземное море севернее Финикии.

Оазис Дамаска, лежащий на границе степи за южным Антиливаном, также относится к Сирии. На севере Сирия граничит с горами Амана и Тавра. Последние отделяют ее от Малой Азии. От Месопотамии Сирия отделена Евфратом.

В глубине Сирийской степи находится оазис Тадмор, известный в современном мире под названием Пальмира. В III — II тысячелетии до н.э., пока верблюд не стал главным транспортным средством, оазис этот не имел никакого значения.

Земледельческие племена, осевшие в Халпе, Алалахе, Катне и других местах северной и западной части Сирии, подобно скотоводческим племенам, были связаны с Двуречьем экономически и культурно.

Через Сирию проходили основные пути, соединяющие Месопотамию, Аравию, Египет и Малую Азию. Здесь рано возникли торговые города, и Сирия постоянно подвергалась нападениям со стороны более мощных соседей: хеттов, Египта, Вавилонии, Митанни. Для этих держав Сирия была основной территорией, на которой велись войны. Данные обстоятельства, а также географическая разобщенность некоторых частей Сирии препятствовали образованию здесь крупных самостоятельных государств.

Пришедшие в Сирию племена говорили на языках семитской группы и смешивались с племенами несемитскими, например, с хурритами. Во второй половине III тысячелетия на север Сирии совершали походы цари Двуречья.

О жизни в ряде областей Сирии рассказывает египетская “Повесть о Синухете” — вельможе, бежавшем из Египта. Население жило частично в укрепленных поселениях, частично в шатрах; занималось садоводством, земледелием, скотоводством и делилось на роды и племена. Власть принадлежала родовым и племенным вождям, которые владели большими земельными участками и стадами. В семьях царили патриархальные отношения.

Где-то во второй половине XVIII в. до н.э. крупный и этнически неоднородный гиксосский племенной союз подчинил себе Палестину, Финикию, Сирию, а немногим позже захватил и большую часть Египта. Правда, не вполне ясно, каким было соотношение гиксосского союза с государством Ямхад с центральным городом Халпе, которое существовало в XIX — XVIII вв. до н.э. в Северной Сирии. Гиксосский племенной союз продержался непродолжительное время и затем распался из-за военных поражений, понесенных им от хеттов на севере, а от Египта — на юге.



После гиксосов первенство в Сирии держала Митанни. Гегемонистские устремления последней не препятствовали существованию хотя и зависимых, но внутренне самобытных государств. Это Алалах (Мукиш) в северной излучине реки Оронта, Халпа, Канта, Кинза (современный Кадеш) и другие.

Дошли до нас и довольно многочисленные письменные источники из некоторых городов Сирии середины II тысячелетия до н.э., в том числе правовые и хозяйственные документы. Жители Сирии в основном пользовались аккадским письмом — клинописью. Следует отметить, что пока эти документы должным образом не изучены.

Территория Сирии в I тысячелетии до нашей эры

Территория Сирии в I тысячелетии до нашей эры

Сирия в середине II тысячелетия до н.э.

На смену непрочному митаннийскому владычеству в середине II тысячелетия до н.э. пришло гораздо более тяжелое — египетское. Это случилось в результате ряда походов фараонов XVIII династии. Затем были хеттские завоевания Сирии. И наконец — борьба Египта за господство в Сирии.

В азиатских владениях египетской державы имелись уже полностью сформировавшиеся рабовладельческие общества. Однако многие племена, которые все еще проникали в земледельческие области Сирии, скорее всего, жили в условиях первобытнообщинного строя. Обычно источники всех этих пришельцев называли именем хапиру.

В это время экономическая жизнь Сирии отличалась многообразием. Население занималось пахотным земледелием, садоводством и виноделием, а в районах степи — скотоводством, что вполне естественно. На севере страны широкое распространение имела торговля.

В языковом отношении Сирия также носила многообразный характер. Наряду с доминирующим аморейским языком, принадлежавшем к семитской группе, существовал и хурритский язык, на котором в отдельных городах говорила значительная часть населения, как, например, в Тунипе — городе в срединной части Сирии.

Возможно, что уже тогда на север страны стали проникать близкие к хеттам и неситам лувийцы.

Над ними стояли “рабису”, т.е. царские наместники, между которыми были поделены области Сирии. Они исполняли функции начальника и администратора, владея военной силой и писцами. С помощью последних они следили за своевременным поступлением дани.Рабовладельческое государство Египта систематически выкачивало материальные ресурсы из завоеванных им стран. Царьки Сирии были полностью зависимы. В их городах-государствах стояли небольшие египетские гарнизоны. Их целью было поддерживать порядок, а сил было достаточно до тех пор, пока египетским владениям не угрожал более сильный внешний враг.

Египетские воины во время походов в качестве заложников захватывали детей знати, прежде всего отпрысков местных царьков. Детей отвозили в Фивы к царскому двору, где их воспитывали в духе покорности фараонам. Возвращаясь на родину в качестве правителей городов Сирии, новые местные царьки свою преданность подчеркивали в письмах царю Египта, заявляя, что на трон их посадил не бог и не их отец, а сильная рука фараона. В письмах периода значительного ослабления Египетского государства при Аменхотепе IV (Эхнатоне) царьки Сирии продолжали выказывать в своих посланиях к фараону выражения полной зависимости от него. “К ногам моего владыки семь и семь раз падаю ниц, как на мои живот, так и на мою спину”, — говорилось в одном из писем. В своих сообщениях царю Египта царьки Сирии называют себя не иначе как хазану — “начальник города, староста”.

Потенциальные враги Египта появились в Передней Азии в конце XV в. до н.э. И это были хетты. В то же время, это была новая волна семитоязычных скотоводческих племен, которые своим приходом в Сирию активизировали движение племен, уже живших здесь со времен владычества гиксосов. Вновь появившиеся племена также назывались хапиру. Они пытались осесть на плодородных землях и захватить города. Частично им это удавалось, поскольку иногда их поддерживало население завоеванных городов, да и хеттский царь тоже.

Одним из преуспевающих в военном деле вождей был Абдаширта, которому удалось объединить разрозненную область Амурру на западе от верхнего течения Оронта. Став властелином этой области, он предпринял попытку пробиться к морю. Однако ему пришлось столкнуться с городами финикийского побережья. В борьбе с ними Абдаширта и погиб. Сын его, который носил имя Азиру, продолжил дело отца. Мастерски используя вражду между Египтом и хеттами, он усилил свою власть в Амурру и подчинил себе центральную часть побережья Финикии. Упрочившись здесь, он захватил торговые пути из Финикии в Митанни, куда Азиру и его братья, на словах оставаясь верными фараону, продавали египетских военнопленных.

Тактика Азиру, в результате которой из владений фараона в Сирии он создал себе довольно большое царство, привела к тому, что египетский владыка вызвал его к себе. Азиру пришлось объясняться. И это ему удалось. Ему удалось избежать возмездия. Вернувшись в свои владения, он, тем не менее, продолжил антиегипетскую политику, заключив, в конце концов, союз с царем Суппилулиумой. Как следует из документов архива Богазкей, преемники Азиру продолжали оставаться союзниками царей Хеттской державы.

Государства на севере Сирии, такие как, например, Каркемиш и Халпа (Алаппо), при первом же наступлении хеттов на юг оказались потерянными для Египта. В тех же Каркемише и Халпе были поставлены правителями хеттские царевичи. Очевидно, уже Суппилулиума с целью закрепления здесь хеттского правления привел с собой близкие к хеттам племена. Северная Сирия оставалась под властью хеттов и после заключения мира с Рамсесом II (1295 г. до н.э.), согласно которому власть Египта распространялась лишь на юг Сирии и на Палестину.

После того как “народы моря” разгромили Хеттскую державу с союзными ей сирийскими областями (Алалах, Амурру и другими), в Сирии вновь начали создаваться мелкие независимые государства, причем некоторые из них сохраняли хеттские традиции. Каркемиш, например, имел название страны Хатти, т.е. хеттов. А на Оронте возникло государство Хаттина. Случалось, и цари носили традиционно хеттские имена. Использовалась хеттская иероглифика.

Сирия — земля на перекрестке торговых путей

Расположенные на всей территории Передней Азии (от Малой Азии до Палестины) государства к началу I тысячелетия до н.э., несмотря на свою слабость в военном и экономическом отношениях, все же играли значительную роль. И в этом нет ничего удивительного. Ведь через их земли проходили основные торговые караванные пути, по которым Передняя Азия снабжалась железом, добывавшимся в юго-восточной части Малой Азии, на юге Палестины, и, возможно, на Армянском нагорье.

В то же время Сирия, как и позднее, в древности, в средние века и в начале нового времени, была частью культурно-исторического комплекса, включившего, помимо собственно Сирии в ее современных границах, территорию Ливана, Иордании, Палестины, современного Хатая.

Крупнейшими центрами Сирии были Дамаск и Пальмира. В Х в. до н.э. значительная часть Сирии, вплоть до Пальмиры, входит в состав Иудейско-Израильского царства, после распада которого (около 935 г. до н.э.) местные государства вновь обрели самостоятельность.

Торговля Сирии носила характер царской монополии. Для лучшего обеспечения царских путей, а также в целях обороны от кочевников большинство этих мелких государств было объединено в два союза. Гегемоном северного союза является город Каркемиш, который расположен на большой излучине Евфрата (царство Хатти), а южного — Дамаск (царство Арам).

В Северной Месопотамии мелкие арамейские царства, возникавшие еще на рубеже II и I тысячелетия до н.э., также образовывали более или менее постоянные союзы. Такие союзы были необходимы для сохранения границ своих государств и защиты их жителей от работорговцев.

Битва при Кадеше между египтянами и хеттами

Битва при Кадеше между египтянами и хеттами

Северная Сирия и юго-восточная Малая Азия в XII— VIII вв. до н.э.

Конец существования Хеттской державы был положен в результате вторжения “народов моря” с юга и малоазийских племен с севера и северо-запада около 1200 г. до н.э. На ее территории — там, где находились железные и серебряные рудники города Тавра и на путях к ним по обе стороны хребта — остались города-государства Тувана (позже Тиана), Мелиц, мелкие горные царства Табала, а непосредственно в Сирии — Каркемиш и многие другие более мелкие города-государства.

Цари и духовенство этих городов-государств оставили нам многочисленные надписи, увековеченные на камне своеобразным иероглифическим письмом. Эти письмена были созданы во время существования Хеттской державы. Дешифровка историками и учеными этих надписей установила, что они были составлены на языке, близком к лувийскому.

Сравнительно недавно в юго-восточной части территории Малой Азии, в Кара-Тепе, на западном берегу реки Пирама (современный Джейхан), археологами был найден двуязычный эпиграфический памятник, одна из надписей которого является ханаанейской (финикийской), а другая — хеттской (иероглифической).

Эта интереснейшая находка создает возможные условия для окончательной бесспорной дешифровки хеттского иероглифического письма. Таким образом, обогатились наши знания истории стран, расположенных в юго-восточной части Малой Азии, а также Северной Сирии в течение почти пяти веков, с XVIII по XII вв. К этим столетиям относятся дошедшие до нас довольно многочисленные и в хорошей сохранности хеттские иероглифические надписи царей городов-государств вышеуказанных областей.

Во время раскопок на месте столицы царства Сам’аль (современный Зенджирли на крайнем севере Сирии, к востоку от гор Амана), основанного в начале I тысячелетия до н.э., археологами было найдено много ценных эпиграфических памятников, из которых самым замечательным являлась надпись царя Киламувы. Вышеназванный царь правил в 30 — 20-х годах IX в. до н.э. Она была написана на ханаанейском языке, очевидно, завоеватели еще некоторое время пользовались для официальных целей языком покоренного населения.К концу II тысячелетия в Сирию проникают новые скотоводческие племена, которые разговаривали на арамейских диалектах семитической семьи языков. На протяжении первой половины I тысячелетия до н.э. коренное население Сирии полностью арамеизировалось. Все наиболее слабые и небольшие государства Северной Сирии после крушения Хеттской державы некоторое время еще были самостоятельными.

В этой надписи говорилось, что до вступления на престол Киламувы мушкабим (по существующему предположению, мушкабим — люди, которые принадлежали к числу местного порабощенного населения) “склонялись, подобно собакам, перед ба’аририм” (вероятно, завоевателями).

Завоеватели забирали у покоренного населения скот и другое имущество, тем самым, ставя покоренное население при выполнении земледельческих работ в полную зависимость от себя. В особенности невыносимым становилось положение покоренного трудового населения во время войны, когда для уплаты дани “деву отдавали за овцу, мужчину — за одежду”. Такова была тяжелая участь покоренного оседлого населения, возможно, и во всех прочих арамейских государствах.

Из надписи в Кара-Тепе известно о существовании в первые века I тысячелетия до н.э. на юго-восточном побережье Малой Азии государства дануниитов. Данунииты были, очевидно, одним из первых племен воинственных захватчиков, которые со стороны Эгейского моря обрушились на южные окраины Хеттской державы, к тому времени уже несколько ослабленной. Данунииты быстро покорили здесь местное население.

Их царь по имени Азитавадд, вступивший на престол около середины IX в. до н.э., оставляет нам надпись, в которой заявляет о “поручении”, данном ему богом Ва-алом, покорить близлежащие племена, чтобы расширить свое государство “от восхода солнца до его заката”.

Но правитель царства Сам’аль призвал на помощь против подступившего к своим границам царя дануниитов дружественного ему ассирийского царя Салманасара III (859 — 824 гг. до н.э.), который в 30-х гг. IX в. имел хорошее войско и совершал свои завоевательные походы на запад. За помощь Киламува платил ассирийскому царю дань.Он пытался осуществить это, в частности, за счет Сам’аля. Царь Киламува в такой же надписи заявлял: “…одолел меня царь дануниитов”.

Спустя некоторое время, очевидно, воспользовавшись смутами, которые возникли в Ассирии в конце правления Салманасара III, Киламува освободил себя от ассирийской дани, которая ему к этому времени уже была в тягость. Киламува в своей надписи сообщает нам, что в это время для царства Сам’аль наступило благополучие, и он смог снабдить даже беднейших из мушкабим скотом и другим ценным сельскохозяйственным имуществом.

После смерти Киламувы его преемник в скором времени вошел в состав коалиции царей крайнего севера Сирии и юга Малой Азии против царства Хамат. Эта коалиция была враждебно настроенной к Ассирии и, возможно, ориентировалась на мощное царство Урарту, возникшее на Армянском нагорье.

Главным городом, в котором находилась верховная власть этого царства, был город Арпад, временно оттеснивший связанный с Ассирией Каркемиш.

Южная Сирия в начале I тысячелетия до н.э.

Вышеупомянутая враждебная Хамату коалиция нескольких государств вступила в новый союз с арамейским государством Дамаском, которое сложилось в конце II тысячелетия в Южной Сирии. Царство Дамаск славилось на рубеже II и I тысячелетий как торговый центр, который торговал не только своими товарами, но и перепродавал товары соседних городов государств. С помощью нового одомашненного животного — верблюда теперь возникла возможность преодоления пустынных сухопутных степей Сирии.Примерно в середине IX в. до н.э. образовалась относительно большое государство Хамат, которое расположилось на юге Сирии и имело в своих союзниках мощное государство Ассирию.

Дамаск, ставший центром скрещения торговых путей, которые связывали области Двуречья с побережьем Средиземного моря (естественно, через Сирийскую степь), и гегемоном мелких царств Южной Сирии, является в течение всего IX в. объектом вожделенных захватнических устремлений Ассирии.

Дамаск долго сопротивляется и отстаивает свою самостоятельность, призывая на помощь другие сирийские государства, а также государства Палестины, на которую изредка распространялась его гегемония. Цари Дамаска вместе с известной вышеупомянутой коалицией царств Севера вели борьбу против укрепившегося царства Хамат, бывшего союзником Ассирии.

Один из эпизодов этой войны в конце IX в. до н.э. был увековечен и дошел до наших дней благодаря царю Хамата Закиру, который в надписи-заявлении рассказывает об этой войне. Закир, говорится в надписи, найденной недалеко от Алеппо, успешно отразил натиск коалиции, которую возглавлял Бенхадар — царь Дамаска. В результате этого коалиция, потерпев поражение, очевидно, распалась.

Разоренные постоянными войнами сирийские государства, ослабленные к тому же внутригосударственными смутами, в течение IX — VIII вв. до н.э. были завоеваны более мощной Ассирией и вошли в состав Ассирийской державы.

Последним вошел в состав Ассирийского государства более хрупкий экономически город Каркемиш (717 г. до н.э.) Когда-то надежный оплот хеттов, этот город стал убежищем для ассирийской армии в ее последней битве в 605 г. до н.э. против непобедимых тогда войск мидян и вавилонян.

Источник: Всемирная история Том 1. под ред. Ю.П. Францева, Государственное издательство политической литературы, 1953.