Сайт рекомендован для аудитории 16+

Игнатий Лойола, основатель ордена Иезуитов



Игнатий Лойола

Основателем ордена иезуитов был испанский дворянин Игнатий Лойола. Об этой исторической личности известны во многом противоречивые сведения. Почти исключительно его биографами являются иезуиты, и многие из них, рассказывая жизнь основателя их ордена, наполнили ее мистическими сведениями.

Еще его мать по их словам, предчувствовала, что произведет на свет божьего любимца, и потому родила будто бы не дома, а в хлеву, как Богородица — Христа. Встречаются у католических биографов и указания, что с момента появления Лойолы на свете стали совершаться чудеса, выходящие из ряда обыкновенного, а затем каждый шаг малютки выказывал его гениальные способности, свойственные лишь божественному избраннику, и явное желание быть служителем единого Бога. Напротив — противники иезуитского ордена в своих сочинениях изображают Лойолу смесью все пороков и наиболее отвратительных черт, которыми мог быть наделен человек. Так как понять где кончается одна правда и начинается другая, благодаря противоречивым сведениям практически нельзя, я постараюсь беспрестрастно пересказать биографию основателя ордена иезуитов опираясь лишь на факты с которыми соглашается и та и другая стороны.

Детство и молодость основателя ордена иезуитов

Лойола родился в 1491 году. Он был из родовитых, но небогатых дворян. Явившись тринадцатым ребенком в семье, он стал обузою для родителей, и те отдали его отставному королевскому казначею Хуану Веласко, который, по-видимому, был крестным отцом маленького Игнатия. Благодаря сохранившимся связям при дворе, Веласко имел возможность поместить мальчика пажем в свиту Фердинанда III. Праздная жизнь среди спесивых и богатых придворных, множество красавиц, окружавших величественную Изабеллу Кастильскую, чтение рыцарских романов сформировали молодого Игнатия по общей мерке.

Это был молодой человек, находчивый болтун, поклонник женщин, вина и особенно военной славы, для который впечатлительный и самолюбивый юноша был готов пожертвовать всем. Утомясь бездействием при дворе, он поступил в военную службу. В царствование Фердинанда III военные действия почти не прекращались, а потому Игнатий был доволен, попав в свою среду. Подробных сведений о его службе не имеется. Известно только, что безумной храбростью Игнатий обратил на себя внимание покровителя — герцога и пользовался славою блестящего офицера.

В январе 1516 года скончался Фердинанд III и на престол вступил его внук Карлос I, впоследствии объявленный императором Карлом V. В 1520 году Карл V решился начать войну против Франции. Испанские войска двинулись из Кастилии в Капитонии, быстро покорили южную Наварру. Крепость важнейшего города Наварры, Памплун, защищал от французов тридцатилетний Лойола. В бою его тяжело ранило в обе ноги. Пощаженный противником, он был с переломами отправлен на излечение домой, и вскоре с ужасом узнал, что одна кость срастается криво. Это несчастье оказалось невыносимым, потому что не оставляло надежд на возвращение к военной жизни. Призванные хирурги нашли необходимым сломать кость, чтобы срастание шло успешнее. Легко вообразить, как мучительна была операция при тогдашнем уровне хирургии! Однако Лойола выдержал все. Кость сломали, и она срослась опять, но когда лубки сняли вторично, возле колена обнаружили выдававшийся кусок кости, который мешал ходить. Больной настоял, чтобы этот кусок отпилили. Когда оказалось, что, благодаря ранам, одна нога стала короче другой, то Лойола, надеясь их сравнять, согласился, чтобы ему вытягивали ноги особенным воротом. Новая пытка стоила предыдущих, но изуродованная нога осталась короткой на всю жизнь.

Эту любопытную историю приводят все церковные биографы Лойолы, чтобы показать силу его выдержки, воли и попытаться тем самым найти истоки фанатического упорства, с каким он впоследствии преодолевал препятствия, возникшие с самого начала перед иезуитским орденом. Отказать Лойоле в признании таких качеств, действительно, нельзя — это была волевая натура. Однако эта история вряд ли повествует о приверженности Лойолы мрачному аскетизму или другим католическим «добродетелям», образцом которых он тогда ничуть не старался прослыть.

Прошло время острых страданий и тяжелых операций, но больной не мог покидать постели, ожидая окончательного выздоровления. Ясность мыслей и жажда деятельности вернулись, но приходилось спокойно лежать. Тогда Лойола накинулся на чтение и потребовал рыцарских романов. Чья-то рука, может быть матери, потрясенной болезнью сына, подала ему жития святых и жизнеописание Иисуса Христа. Вскоре чтение его заинтересовало. Биографы-иезуиты рассказывают, что в сознании Лойолы под влиянием этого чтения совершился внезапный перелом — он пришел к уверенности в своем сверхъестественном призвании стать спасителем церкви. Но как бы то ни было, скорее мысль о возможности прославиться на духовном поприще заставила Лойолу отказаться от всего прошлого и начать новую жизнь во славу Господа Бога, Иисуса Христа и Пресвятой Девы Марии, рыцарем которой он решился объявить себя.

Игнатий Лойола начинает новую жизнь

Приняв твердое намерение начать новую жизнь, Игнатий Лойола в марте 1522 года тайком покинул родительский дом. Свои новые планы он начал осуществлять так, как подсказывали «жития» и рыцарские романы: переночевал в часовне богородицы, которую избрал своей покровительницей, оставил оружие, затем сменил офицерский мундир на лохмотья, стал нищенствовать. Уничижая себя в фанатизме, он дошел до мысли, что всего этого мало, и расположился в пещере недалеко от Манресы. Именно в ней он написал книгу «Духовные упражнения», которую иезуиты сделали одним из главнейших своих практических руководств. В это время, по словам иезуитских биографов, у него были сверхъестественные «озарения» и «видения».



Путешествие в Иерусалим

В феврале 1523 года Лойола, объявив своим друзьям — бенедиктинцам о намерении отправиться на поклонение гробу Господню в Иерусалим и затем обратить в христианство всех сарацин-мусульман, покинул Манресу. В чем заключалось мусульманское вероучение он вовсе не знал, да и о католическом, как известно, у него было смутное представление. И все же Лойола двинулся в путь. В Иерусалим он прибыл в сентябре 1523 года. Там находилось представительство ордена францисканцев. Когда Лойола явился туда познакомиться, его подняли на смех. Францисканцы попытались объяснить, что затея его бессмысленна — что его не смогут выслушать, что содержание его будущих проповедей сомнительно с католической точки зрения. Вполне вероятно, что францисканцы были к тому же недовольны появлением этого красноречивого конкурента. Как бы то ни было, напуганный и растерявшийся Лойола пустился в обратное плавание. Нисколько непоколебимый годом неудач, Игнатий Лойола понял, что с его скудными познаниями не достигнуть цели и, вернувшись в Барселону, прежде всего засел за латынь, о которой имел самое туманное представление, тогда как на этом языке средневековой учености были написаны богословские и богослужебные книги. Параллельно с учением Лойола стал приводить в исполнение свой другой план — вербовки сотоварищей. Мало того, он не оставил старой привычки исправлять согрешивших поучениями и проповедями, подавая пример строгим образом жизни. В городе скоро заговорили о суровом проповеднике нравственности, и вокруг него стал образовываться кружок ревностных последователей. Лойола выбрал себе четырех учеников и этим положил основу духовному товариществу. Молодые дворяне не переставали зубрить латинскую грамматику.

Инквизиция

Через два года, не окончив курсов, они отправились в Алкалу, чтобы поступить в университет. Лойола поступил на курсы в университет и повел тот же образ жизни, какой он вел в столице Каталонии. Вокруг него стали собираться кающиеся, о нем заговорили по городу. Здесь Лойола был арестован «святейшей» инквизицией: на него донесли как на еретика — настолько странное впечатление производили его речи даже в Испании, видавшей всякие образцы проповеднического рвения. Однако все обошлось благополучно — у него не оказалось за душой ничего, кроме фанатизма, слепой преданности папе и тщеславия. В Саламанке, куда Лойола отправился после того, как ученики отреклись от него чтобы получить обучение, произошло то же самое. Записавшись на университетские курсы, Лойола вел тот строгий образ жизни, что в Алкале. Инквизиция всполошилась после того, как в городе заговорили о суровом ревнителе нравственности. После ареста Лойолы была рассмотрена его книга «Духовные упражнения», в которой не было найдено ничего противохристианского в духе католицизма, к тому же книгу оценили как неумело написанную.

Лойола в Париже

В январе 1528 года Лойола прибыл в Париж. Как совершил он свое путешествие, что случилось с ним дорогою, остается неизвестным, хотя ко времени своего появления в Париже он во многих отношениях изменился. Оставаясь прежним ревнителем своеобразно понимаемого христианства и нравственности, Лойола практически поумнел, перестал подвергать себя публичному осмеянию. Только в Париже и смог он по-настоящему увидеть трудное положение церкви. Это были годы подъема антифеодальных и реформационных движений. Сорбонские богословы изо всех сил старались опровергнуть учения Лютера, Цвингли, Виклефа, Гуса — новых и старых протестантских вождей. В Париже печатались сочинения против протестантов, проникали сюда также протестантские книги против католицизма и папства и один богословский диспут сменялся другим.

Источник — А.А. Быков «И. Лойола, его жизнь и общественная деятельность» (1890 г.), Д.Е. Михневич «Очерки из истории католической церкви (Иезуиты)»,(1953 г.), С.Г. Лозинский «История папства», (1986 г.)