Сайт рекомендован для аудитории 16+

Внутренняя и внешняя политика династии Мин



Как только окончилось покорение последних мятежных провинций, и завершилась, наконец, череда гражданских войн и крестьянских восстаний, терзавшая страну почти 20 лет (1351—1368 г.г.,) Китай снова стал могучим, единым государством, сразу начавшим налаживаться дипломатические отношения с соседними странами.

Внешняя политика династии Мин

Характер этих отношений был достаточно мирным и дружеским. Минская империя стараясь заслужить благосклонность соседей, постоянно отправляла к ним послов и подарки, и принимала гостей с ответными визитами.

Китай в то время был большой земледельческой страной с не очень развитыми ремеслами и торговлей, которая по большому счету не нуждалась в заморских рынках. Хотя, чтоб производить обмен товарами с заморскими странами, в приморских районах империи Мин были специально открыты торговые порты, где ведали торговлей и приемом иностранных торговых судов специальные органы — управления торгового флота.

В 1368 г. были определены три торговых порта для торговли с иностранцами: управление торгового флота в Нинбо ведало торговыми связями с Японией, управление в Цюаньчжоу — с Рюкю и управление в Гуанчжоу с Чжаньчэном, Сиамом и государствами на островах Южных морей.

Территория страны была обширна, а население велико, а потому правительству не было никакой необходимости затевать войны с соседями — ведь не было нужды ни в завоеваниях, ни в дополнительной рабочей силе. Этим, династия Мин кардинально отличалась от династии Юань, которую она сменила. Юань воевала с соседями постоянно, а так как войны эти были в целом не слишком успешными, государству часто приходилось переживать далеко не лучшие моменты в своей истории.

Чжу Юаньчжан, придя к власти, обобщил неудачный опыт предыдущей династии и так сформулировал основы внешней политики своей страны: если иностранцы нападут на наши границы, то они хлебнут горя, а если они не нападут, то и нам не стоит поднимать войска и нападать.

Иностранные государства отныне делились на две группы: первую составляли «страны, против которых не совершались «карательные походы», то есть те, с которыми Чжу Юаньчжан не воевал, а вторую — страны, которых надо было остерегаться.

В «Наставлениях родоначальника августейшей династии Мин» он серьезно предупреждал потомков:
«Все варвары четырех сторон отделены от нас горами и отгорожены морями и ютятся уединенно в своих захолустьях. Если бы мы получили их земли, то невозможно было бы использовать их; если бы мы получили их народ, то невозможно было бы использовать его. Если же они сами будут тревожить наши границы, то станут несчастными. Если они не будут приносить бед Срединному государству, а мы подымем войска и нападем на них, то и мы будем несчастными.
Я опасаюсь, что мои потомки, опираясь на богатства и мощь Срединного государства и стремясь к боевым заслугам, без причины подымут войска и станут губить и калечить людские жизни.
Настоятельно необходимо помнить: этого делать нельзя. Но у монголов и Срединного государства границы соприкасаются, и мы воюем с ними давно; необходимо для борьбы с ними отбирать генералов, обучать войска, постоянно остерегаться их и быть готовыми к неожиданностям.
Теперь перечислим ниже названия всех государств, против которых не совершались «карательные» походы:
на северо-востоке — Корея
на востоке — Япония
на востоке — государство Рюкю
на юге — Аннам, Камбоджа, Сиам, Чжаньчэн, Суматра, Ява, Паньхэн, государство Байхуа, государство Саньфоцзи и Бони».



Внутренняя политика династии Мин

Во внутренних районах Китая племенные вожди (тусы) отныне были обязаны предоставлять дань ко двору в определенные сроки, наследование титулов вождей племен производилось с одобрения императорского двора, но во внутренней политике на контролируемых ими территориях они были самостоятельны.
Тусы племен, имевшие свои войска, подчинялись непосредственно военному министерству империи, а области и уезды, населенные малыми народностями, — непосредственно министерству чинов.
В мирное время они платили налоги государству, строили и содержали дороги, а в военное время были обязаны выделять войска для участия в военных походах.
Контроль над тусы осуществляли: управления пограничных уполномоченных-умиротворителей, управления пограничных уполномоченных-утешителей, управления пограничных уполномоченных — вербовщиков и карателей, управления пограничных уполномоченных-успокоителей, управления старших начальников, племенные областные управы и племенные уездные управы.

Старшие начальники этих управ передавали свои должности по наследству и ведали определенной территорией с ее коренным населением. Если возникали внутренние беспорядки в племенах или оказывалось сопротивление указам императорского двора, тусы часто лишались власти на своей территории, а племена передавались в непосредственное подчинение императорского двора и управлялись «передвижными» чиновниками. Это так и называлось «замена племенных и передача передвижным».
Императорское правительство держало в повиновении вождей племен, обладающих реальной силой, раздавая им должности и титулы, награды и подарки, чтобы они были верны ему, поддерживали стабильность положения на местах и способствовали упрочению императорской власти над населением. Это было выгодно и той и другой стороне.

Что касается расселения национальных меньшинств в юго-западных районах Китая в эпоху Мин в целом, то пограничный район между провинциями Хугуан, Сычуань и Гуйчжоу был областью проживания племен мяо, простирающейся на юг до Гуйчжоу.
В Гуанси обосновались племена яо (в восточной части провинции) и тун (в западной части). В пограничном районе между провинциями Сычуань, Юаньнань и Гуйчжоу были сосредоточены племена и. В западной части Сычуани и на северо-западе Юньнани обитали мосе, в южной части Юньнани — племена цуань. На севере Сычуани и в Цинхае, Ганьсу и Нинся — племена цян и дунгане. В Тибете и на западе Сычуани — тибетцы.

В этих районах, помимо системы управления племенных вождей (тусы), существовала также система смешанного управления «передвижных» и племенных чиновников.
«Передвижной» чиновник — это чиновник, назначаемый императорским правительством на определенный срок, не передающий свою должность по наследству и не являющийся местным жителем.
Племенные чиновники, как правило, были главами управлений, а назначаемые сверху «передвижные» чиновники — их помощниками.

«Передвижные» чиновники фактически исполняли лишь функции надзора. В округах и уездах, где были учреждены должности «передвижных» чиновников, на контролируемой ими территории также существовала система тусы различных племен.
Поэтому в ведении одного и того же управления политического уполномоченного находились округа и уезды «передвижных» чиновников, система тусы (племенных чиновников), округа и уезды под совместным управлением племенных и «передвижных» чиновников, были округа и уезды под управлением «передвижных» чиновников, где проживали смешанно китайцы и национальные меньшинства.
Положение здесь было чрезвычайно сложное. Именно сложность и запутанность национального вопроса легче всего вызывали конфликты и даже войны между национальностями.

Что касается управления малыми народами в минской империи, то в пограничных районах правительство проводило политику предоставления н екоторой свободы действий вождям племен, лишь бы тусы в данной местности подчинялись правительству.
Им разрешалось казнить и миловать подчиненных по собственному усмотрению, передавать должности по наследству.

Во внутренних районах Китая правительство проводило политику ассимиляции малых народов. Например, оно назначало «передвижных» чиновников для управления некитайскими племенами, проводило дороги по территории этих племен и учреждало там почтовые станции, производило отбор сыновей и младших братьев чиновников тусы в Академию сынов отечества для учебы.
Потом оно заставляло племена поставлять зерно и платить налоги государству и подчиняться приказам о переброске для участия в карательных походах, постепенно укрепляло власть над племенами и в конечном счете преобразовывало владения тусы в округа и уезды во главе с «передвижными» чиновниками, непосредственно управляемые императорским двором.

Правительство управляло цянскими племенами Северо-Запада двумя методами.
Во-первых, оно назначало их вождей старшими чиновниками страж с правом передачи должности по наследству.
Во-вторых, учитывая туземные обычаи, оно строило буддийские монастыри, жаловало вождям почетные монашеские звания и управляло местным населением через религиозные институты.

В племенах на западной окраине все вожди и монахи находили, что поддерживать такие отношения с минским правительством им выгодно, вели себя тихо, не допуская никаких инцидентов с минскими властями ради ответных подарков за дань, прибыли от торговли, сохранения своих наследственных должностей и пожалованных им привилегий.
В течение почти трехсот лет существования династии Мин на западных границах империи было сравнительно спокойно и не было больших войн.

Политика в отношении монголов

В отношении монголов и других кочевников минское правительство продолжало последовательно проводить политику, которая была выдвинута в воззвании к населению накануне Северного похода:«Хочу сделать их вассалами нашего народа, успокоить и растить наравне с людьми Цветущего Ся».
Монголы назначались на должности и продвигались по службе на одинаковых основаниях с китайцами. При дворе некоторые из них дослуживались, до министров и старших секретарей, а на местах многие из них были начальниками областей и уездов.
В войсках их было еще больше, и даже в личной гвардии императора имелись монгольский отряд и монгольские офицеры. Двор жаловал им китайские фамилии и имена, вручая им специальные свидетельства каньхэ точно так же, как китайцам.
По законам им разрешалось вступать в брак с китаянками при обязательном согласии обеих сторон. Таким образом, эти монголы через несколько поколений ассимилировались с китайцами. Среди них насчитывалось несколько десятков семей потомственных военных, представители многих поколений которых были генералами и отличились в боях.

Немаловажной задачей, которую ставило перед собой имперское правительство, был отказ от многих чисто монгольских традиций, навязанных когда-то победителями побежденным.
Были восстановлены по танскому образцу, одежда, прически, головные уборы, что нашло отражение сперва во внешнем облике чиновников, а затем и всего населения страны.

Позднее, на основании древних книг об обрядах были установлены для всех классов населения формы повседневной одежды, жилищ, экипажей и т. д. соответствующие их феодальным рангам и сословиям. Любые нарушения установленного порядка вещей, строго пресекались законом.


Автор компиляции — Мэлфис К., цифры и факты взяты из «Жизнеописания Чжу Юаньчжана» (1328—1398 гг.)