Сайт рекомендован для аудитории 16+

Причины падения династии Юань (2 ч.) Национальный вопрос



Вторым после земельного вопроса, был вопрос национальный.
Монгольская знать, чтобы укрепить свое военное господство, навечно удержать в угнетении и порабощении бедняков, в основном китайцев, разделила общество на четыре сословия: первыми (благородными) были монголы, за ними шли среднеазиаты (сэму), северокитайцы были третьими, а южнокитайцы — четвертыми, низшими.

Монгольская военная знать еще до завоевания империи Цзинь покорила Хорезм и другие государства Средней Азии. Уроженцы тех стран стали именоваться сэму и использовались для угнетения северокитайцев, покоренных позже.
Северокитайцами именовались подданные бывшей цзиньской империи, включая китайцев, корейцев, киданей и другие народы. Южанами же называли покоренных позже всех подданных сунской империи, большинство которых составляли китайцы.

Чтобы расколоть китайцев, правящая монгольская верхушка предоставила некоторые политические преимущества северокитайским помещикам в отличие от южнокитайских. Права и обязанности четырех сословий были неравными, а особенно свирепыми были запреты и ограничения для южан-простолюдинов.

В центральных административных органах при династии Юань крупными чиновниками могли быть только монголы, а не китайцы. Второстепенными чиновниками в большинстве тоже были монголы и среднеазиаты.
В 1337 г. было еще раз подтверждено, что на посты начальников в органах центрального правительства, военном совете, цензорате, министерствах, полицейских управлениях, следственных управлениях и на посты старших чиновников в ставках племен могут назначаться только монголы и среднеазиаты.
Южнокитайцы вообще были вытеснены из центрального политического руководства. Военная власть тем более была недоступна китайцам. Обычно старшими чиновниками в провинциальных правительствах были монголы, и только при нехватке чиновников доходила очередь до среднеазиатов и северокитайцев.
На местах главно-управляющим был северокитаец, а его заместителем — среднеазиат, но реальная власть находилась в руках надзирателя-монгола (даругачи).

Дворцовая стража состояла исключительно из монголов и среднеазиатов, в нее запрещалось принимать китайцев. Отпрыски монгольской знати начинали службу в дворцовой страже и быстро делали карьеру.
Китайцы же могли выдвинуться лишь путем сдачи экзаменов. Экзамены тоже проводились по национальному признаку, монголы и среднеазиаты экзаменовались в одном потоке, а китайцы — в другом, первые экзаменовались, дважды, а вторые — трижды, для первых темы были легкими, а для вторых — трудными, после экзаменов первым давались чиновничьи должности повыше.

При приеме учащихся в государственные школы критерием служила принадлежность к той или иной национальности. В Академии сынов отечества монголов было пятьдесят, среднеазиатов — двадцать и китайцев — тридцать человек. Выпускники школ — монголы получали шестой ранг, среднеазиаты — седьмой ранг первого класса, северокитайцы-седьмой ранг первого класса, а южнокитайцы — седьмой ранг второго класса.

Монголы и среднеазиаты из числа военных и гражданских чиновников пользовались преимуществом в продвижении по службе. Монголы получали должности и ранги выше, чем среднеазиаты, а последние — выше, чем китайцы.

Законом устанавливались наказания для нерадивых чиновников, причем китайцев могли предать смертной казни с конфискацией имущества, а монголам делалось исключение. Монгольская знать и среднеазиаты не только пользовались защитой особого суда, но в серьезных случаях право окончательного решения принадлежало монгольским вельможам.
Если монгол убивал китайца, с него брали штраф на похороны и приговаривали к отправке с войском в карательный поход. Если монгол бил китайца, последнему не разрешалось дать сдачи, а можно было только принести жалобу в управу с указанием свидетелей. Напротив, если китаец убил или побил монгола, то учинялся суд над ним по всей строгости. Китайцам запрещалось собираться толпой и драться с монголами. За воровство и разбой китайцам ставили клеймо на лице, а монголы и среднеазиаты освобождались от клеймения.

В районах, населенных китайцами, порядок поддерживался военной силой. Ставили правительственные охранные гарнизоны, устанавливали систему взаимной поруки. Население было обязано сдать холодное оружие, плети и батоги с железным наконечником чиновникам. Лошади отбирались в казну. Хранящие тайно оружие предавались смертной казни. Скверное оружие шло на переплавку, то, что получше, раздавалось среднеазиатам, а лучшее шло в арсеналы для монголов.
В походе китайцы после боя сразу же сдавали оружие, которым разрешалось пользоваться лишь в сражении. Необходимое для борьбы с разбойниками оружие — луки и стрелы — строго ограничивалось: в каждой области десять комплектов, в округе — семь, уезде — пять.



Китайцам запрещалось охотиться и учиться военному делу. Им запрещалось также собираться для молитв и поклонения духам предков, совершать моления и жертвоприношения духам и божеству Земли, устраивать ярмарки. Им даже не разрешалось учиться монгольской и арабской письменностям.

Основной силой в гарнизонах были монгольские войска и войска тамачи (из различных среднеазиатских племен), которые стояли в районах Хуанхэ и Лохе и провинции Шаньдун.
Войска тамачи, северокитайские войска и капитулировавшие сунские войска охраняли территорию к югу от Хуайхэ вплоть до Южно-Китайского моря. Командовали всеми этими войсками монгольские князья.


Автор компиляции — Мэлфис К., цифры и факты взяты из «Жизнеописания Чжу Юаньчжана» (1328—1398 гг.)