Сайт рекомендован для аудитории 16+

Борьба с пиратами в древности



Когда появились пираты

С образованием первых государств древнего мира одновременно возникают и первые торговые пути. В таких исторических документах как кодекс законов Хаммурапи, табличках библиотеки Ашурбаниппала и других, перечислен список перевозимых товаров того времени: мед и ладан, строительный лес и слоновую кость, зерно и рабов, золотые и серебряные украшения и многое другое. И, вполне естественно, они привлекли к себе внимание древних пиратов.

Происхождение морского разбоя, как вида опасного промысла, относится к самым древним временам. Описание пиратских набегов встречается еще в греческих мифах и скандинавских сагах, в фольклоре многих народов. Долгое время занятие это ничуть не считалось постыдным, а даже похвальным. И это вполне понятно, ибо оно было сопряжено с огромным риском, требовало от людей большого мужества и отваги. Эпические поэмы переполнены рассказами о морских грабежах, отношение к которым в высшей степени сочувственное.

Самыми известными пиратами древности по праву считались финикийцы. Они были лучшими, искуснейшими моряками своего времени. Задолго до других, их корабли прошли Геракловы столбы (Гибралтар) и вышли в Атлантику.Они первыми нашли путь в Страну олова — Британию, а примерно в 600 г.до н.э. отряд финикийцев, состоящих на службе у египетского фараона Нехо на нескольких кораблях обошел вокруг Африки.

Но помимо открытия новых земель и торговли, основным занятием финикийцев была работорговля. Большая часть рабов на рынки Родоса поступала с захваченных и потопленных кораблей, ибо долгое время ничьи суда не могли сравниться по скорости с финикийскими.

Финикийцы - первые пираты

Финикийцам принадлежит слава первых морских купцов… и первых морских пиратов

Пираты античности

Оссиан, бард севера, воспевал бесчисленных героев, спускавшихся с бурых холмов и на утлых суденышках добиравшихся к берегам древней Ирландии. «Пена, — говорил он, — прыгала под их палубными судами, мачты с белыми парусами гнулись под напором ветра, подобные тем еловым лесам, которых высокие вершины убеляет суровая зима. Мы часто переплывали моря, чтобы нападать на иноземцев; ржа смывалась о мечей наших в крови, и цари земные оплакивали свои потери».

Сыны Эллады тоже не остались в стороне от «божественного» промысла, о чем содержаться многочисленные упоминания у Гомера. Например, поход Аргонавтов — это по своей сути самая настоящая разбойничья экспедиция, но воспета как героический подвиг: Одиссей хвастается своими корсарскими победами и перечисляет захваченное имущество: «…град мы разрушили, жителей всех истребили. Жен сохранивши и всяких сокровищ награбивши много, стали добычу делить мы, чтобы каждый мог взять свой участок…».

«Какое ремесло твое?» — спросил мудрый Нестор у молодого Телемака, отыскивавшего отца своего после падения Трои. «Путешествуешь ли по делам своей земли или принадлежишь к числу тех пиратов, которые распространяют ужас на отдаленнейших берегах?»



Афинские законы утверждали Общество пиратов и регламентировали его деятельность — помощь во время войны, охрана торговли и побережья и т.д. Периодически возникали целые государства, занимавшиеся пиратством.

Поликрат Самосский, тиран острова Самос (537 — 522 г до н. э.) вел в широких размерах морской разбой и грабил острова и побережья. Он организовал первый известный в истории морской рэкет: греки и финикийцы платили ему, чтобы обезопасить свои суда и грузы от нападений и грабежа, а моряков от смерти. Доход от пиратства был так велик, что Поликрат построил на острове Самос дворец, считавшийся одним из чудес света той эпохи.

Несмотря на то, что в его эпоху морской разбой был частью политики и торговли, Поликрат отличался такой алчностью и занимался пиратством в столь крупных масштабах, что вошел в историю как самый прославленный пират античности. В 522 году до н. э. персидский царь Оройтес обманом заманил Поликрата в Магнесию под предлогом заключения договора о ненападении, где захватил и распял его. Однако после смерти диктатора Самоса пиратство в Эгейском море только усилилось и, с переменным успехом, существовало на протяжении всех древних веков.

Господство пиратов в Средиземном море

Это продолжалось примерно до VI века до н.э. Расцвет Карфагенской державы, чей мощный флот охранял торговые пути, и завоевание Финикии более чем на три века сдерживало пиратство в рамках каботажного. Однако противостояние с Римом, приведшее к трем Пуническим войнам, привело Карфаген к полному военному разгрому. На некоторое время на море наступает безвластие. Это приводит к новому этапу пиратства — киликийскому. Особое усиление пиратства можно было наблюдать после окончания Третьей Пунической войны. После 3-х летней осады Карфаген был захвачен римскими войсками. Римляне разрушили и сожгли город . Уцелевшие жители были проданы в рабство. Карфаген был разрушен и финикийские мореходы, лишившись своего традиционного торгового партнера, пополнили ряды средиземноморских пиратов. В первом-втором веке до н. э. пираты контролировали все Средиземное море, от Геллеспонта до Геркулесовых столбов.

Пираты не только захватывали корабли и разоряли прибрежные города. Они также занимались грабежом на дорогах Италии, и дошло до того, что двое преторов вместе с сопровождающими их ликторами были пойманы почти у самых ворот Рима и отпущены только после уплаты огромного выкупа. Из-за постоянного морского грабежа торговля становилась невыгодной и цены росли. Под давлением римлян Сенат предпринял несколько походов против пиратов, но не добился в них успеха. Причина этого крылась в слабости римского флота и раздробленности римского государства, раздираемого распрями. В первом-втором веке до н. э. пираты контролировали все Средиземное море, от Геллеспонта до Геркулесовых столбов.

Римляне в первые века своей истории морского разбоя совсем не знали, так как у них не существовало и мореплавания, что, с одной стороны, мешало Древнему Риму успешно справиться с морским разбоем, а с другой — обусловило особую ожесточенность против пиратов. Казнь на кресте — вот единственное наказание, которое Рим признавал подходящим для пиратов.

Воспользовавшись междоусобиями, долго препятствовавшими римской республике заниматься своими внешними интересами, киликийские пираты в короткое время достигли такого могущества, что по сказанию Плутарха, они учредили арсеналы, наполненные воинскими снарядами и машинами, разместили гарнизоны и маяки на всем азиатском берегу и собрали флот с лишком в тысячу галер. Суда их, блистая царскою роскошью, имели позолоченные, пурпурные паруса и обитые серебром весла. Никогда впоследствии не было примера, чтобы пираты так дерзко выставляли добычу перед глазами ограбленных.

Крепости пиратов тянулись далеко в глубь ликийского, киликийского и памфилийского берегов, практически все Средиземное море было под их контролем. Греческие приморские города вынуждены были заключать с «новым царством» договоры, открывать им свои гавани для починки кораблей и рынки для торговли.

Пираты образовали особое государство, где место национальной связи занимала тайная связь, основанная на общности гонений и преступлений. То, что приобретали пираты, было на их языке не награбленным имуществом, а военной добычей. Поскольку пиратов ожидала в случае поимки казнь на кресте, то они считали себя вправе мстить. Особенно они ненавидели римских граждан. Чаще всего к ним применялось выработанное тогда и сохранившееся до наших дней выражение: «За борт!», то есть приглашение добровольно броситься в море.

борьба с пиратами в древнем риме

Римляне долго терпели господство пиратов, но в итоге истребили их с привычной для них методичностью

Борьба Древнего Рима с пиратами Средиземного моря

В 228 году до н.э. Риму пришлось вести борьбу с иллирийскими пиратами. Властитель Скодри (Скутари) соединил иллирийские племена и организовал из них настоящее корсарское царство. Его эскадры терроризировали все прибрежные города и полностью прервали торговлю в Эгейском и Адриатическом морях. Римляне выслали против царя Аргона, стоявшего во главе пиратов, 200 кораблей, которым удалось разгромить его флот и прекратить на время организованный морской разбой. Первоначальное устройство киликийские морские разбойники получили при Тифоне (II век до н.э.), захватившем с их помощью Сирийское царство.

В 102 году до н.э. Риму вновь пришлось снарядить экспедицию под руководством претора Марка Антония для борьбы против сицилийских пиратов, но она успеха не имела.

Постепенно обнаглев от безнаказанности, киликийские пираты начали нападать даже на римские корабли, благо Римская республика в то время была охвачена фактически гражданской войной между сторонниками Мария и Суллы, и Риму было не до этого. Дело дошло до того, что однажды разбойникам в 81 году до нашей эры удалось захватить в плен тогда еще молодого Юлия Цезаря, который был изгнан из Рима диктатором Суллой, опасавшегося этого молодого аристократа. Цезарь решил заняться ораторским искусством и отправился с многочисленной свитой на Родос, где располагалось училище риторики ( по другим данным, спасаясь от проскрипции Суллы, он укрылся при дворе Никомеда, короля Вифинского и только на обратном пути он попал в засаду).

Около острова Фармакуза их парусник был захвачен киликийскими пиратами. Выбросив его спутников за борт, пираты обратили внимание на его пурпурную тогу, и предположив, что Цезарь, наверное, знатная особа, предложили отпустить его за большой выкуп. Захваченный в плен, он сохранял полное спокойствие и занимался подготовкой своих речей, не обращая на пиратов внимания. Пираты долго спорили о размере выкупа и решили установить неслыханную по своей величине цену в 10 талантов (1 талант — 26,2 кг серебра). Однако Цезарь, возмущенный показавшейся ему низкой оценкой, сказал, что стоит 50 талантов. Пираты, естественно, спорить не стали и милостиво согласились. При этом не учли угрозы Цезаря рассчитаться с ними когда будет свободен — соберет корабли, поймает всех пиратов и повесит.

Цезарь провел у пиратов две недели, не прекращая своих занятий и не высказывая никаких признаков страха. Залог в размере 5000 золотых монет был внесен его родственниками наместнику Милета, и пираты получили деньги в обмен на пленников. Обретя свободу, Цезарь немедленно обратился к наместнику с просьбой предоставить ему четыре военные галеры и пятьсот солдат, и взял курс на Формозу. Пираты в это время делили добычу и были не в состоянии сопротивляться. Цезарь захватил 350 пиратов, освободил всех пленников и получил назад всю сумму выкупа. Затем он отправился на Пергам, к претору Малой Азии, чтобы получить разрешение на смертную казнь пиратов.

Претор находился в это время в отъезде, и, заковав пиратов в крепость, Цезарь отправился за ним. Однако его ждало разочарование — подкупленный пиратами претор не дал разрешение на их казнь и обещал заняться этим делом лично после возращения. Однако Цезарь не собирался отступать: вернувшись в город, он сообщил, что получил специальные полномочия на смертную казнь от самого Суллы, хотя этот рискованный шаг мог стоить ему головы. Все 350 пиратов были казнены, а тридцать главарей распяты на кресте, однако, в благодарность за хорошее отношение к нему, дал указание перед распятием на кресте перерезать им горло.

После казни Цезарь продолжил свое путешествие на Родос, надолго очистив Средиземное море от пиратов, а местных купцов — от необходимости выплачивать разбойникам дань.

Внутренние раздоры на время заставили Рим оставить в покое пиратов, но в 73 году до н.э. снова была послана против них экспедиция под начальством претора Антония Критского. Однако, вместо того чтобы бороться с морскими разбойниками, Антоний вступил с ними в союз и сообща грабил Сицилию.

Римляне уничтожают средиземноморское пиратство

Однажды, пираты захватили римский караван, везший в Рим хлеб из Сицилии и с берегов Северной Африки. Это вызвало в Риме голод, так как в самой Италии в этот год был неурожай. Голод стал причиной крайнего недовольства и последовавших за этим народных волнений. Патриции, и трибуны, стоя между двумя предвестниками близкой гибели, прекратили на время свои интриги. По предложению народного трибуна Авла Габиния в 67 году до н. э. разгром пиратов был поручен Помпею.

Получив в свое распоряжение пятьсот кораблей и стодвадцатитысячную армию, Помпей дополнил команду каждого корабля опытными иноземными моряками, благодаря чему получил фактически неодолимый флот на Средиземном море. После чего он разбил его на тридцать отрядов и одновременно атаковал все крупнейшие пиратские базы средиземноморья, нанеся удар по побережью Сардинии, Сицилии, Африки, Франции и Испании.

Пятьсот кораблей поплыли к Азии, заграждая все сообщения Востока с Западом и уничтожая все, что покушалось пройти мимо них. Стесненные более и более этим убийственным оплотом, пираты в отчаянии и беспорядке возвращаются в Киликию и сосредоточиваются в крепости Карацезиум, чтобы попытать шансы решительной битвы. После сорокадневной поездки, ознаменованной значительными призами и уничтожением множества пиратов, Помпеи принимает последний решительный вызов, сжигает их суда и превращает в прах стены Карацезиума.

Потом, высадившись со всею армией, преследует свою победу, берет и уничтожает одно за другим все укрепления, сооруженные между берегом и Тавром, в которых спрятаны бесчисленные сокровища, награбленные в Греции, Италии, Испании. Но, кончив это дело, римский полководец пощадил остатки побежденных — Помпей предусмотрительно объявил помилования тем из пиратов, кто сдастся без борьбы.

В результате вместо трех лет, отведенных ему Сенатом, он справился со своей задачей всего за три месяца. Впрочем, римляне не оценили этот успех по заслугам: в триумфе Помпею было отказано.

Впоследствии римлянам в период правления императора Августа вновь пришлось бороться с пиратами. В V веке н.э. после шестивекового перерыва Карфагенский порт наполнился эскадрами новых пиратов — вандалов, которые быстро овладели почти всем побережьем Римской империи. Но это уже совершенно другая история.

Источник: компиляция на основе сведений находящихся в открытом доступе сети интернет